задаче центрированная девушка модель в социальной работе

вебкам регистрация

Это черта нашего времени? Олег Гадецкий: Да, это черта нашего времени. Женщины осваивают мужские качества, мужчины — женские.

Задаче центрированная девушка модель в социальной работе

Я узнала, что помочь может начальник паспортного управления, и как раз через пару дней встретилась с ним на круглом столе. И ещё через пару дней Владимиру Андреевичу дали место в интернате». Комплексную помощь семьям в трудной жизненной ситуации много лет оказывает фонд «Волонтёры в помощь детям-сиротам». И там работа построена иначе. Для семьи, поступившей на попечение фонда, составляется план выхода из сложной жизненной ситуации. Далее с этой семьей работает волонтёр фонда, которого здесь называют куратором.

Как правило, один куратор ведет одну семью, работа с семьей продолжается иногда до пяти-шести лет. Наталья Ленева проработала в фонде больше десяти лет, вела иногда по четыре семьи одновременно. Наталья Ленева, ««Волонтёры в помощь детям-сиротам»: «Ты приходишь и смотришь, что провисает, что и в каком порядке надо сделать.

Все это выписывается в огромный список, после чего обязанности распределяются — что-то буду делать я, что-то может сделать сама мама, что-то делает фонд, для чего-то можно привлечь государственную соцзащиту или какие-то ещё ресурсы. Этот список показывается маме, ей объясняется, что должна сделать она. По сути, это работа кризисного менеджера». Основная сложность в том, что четко в рамках плана удержаться не удается почти никому. По сути, волонтёр становится для семьи кем-то вроде «недостающего родственника».

Помимо решения проблем из списка, подопечные перенимают от своего куратора множество социальных навыков, невладение которыми и привело их в кризис. Наталья Ленева: «Моими подопечными были, как правило, женщины младше меня, но даже если это были ровесницы, они все ставили меня в позицию недостающей мамы. То есть, для их детей я была такая «приемная бабушка», которая посидит, поговорит со всеми, всех успокоит.

Однажды у меня был случай, когда пьяный сожитель моей подопечной устроил драку и покушался на детей. Женщина позвонила мне, и я из Москвы ночью звонила в милицию областного городка. К счастью, они меня выслушали, выехали на адрес, забрали хулигана и объяснили ему, что будет, если он еще раз здесь появится.

Есть случаи, когда в качестве помогающего лица нужен именно «чиновник», про которого подопечная мама знает, что он «на работе». То есть, куратор пришел, сказал, что надо сделать, мама побежала и сделала. И никаких попыток подольше удержать возле себя поддержку». По словам Натальи, многие подопечные либо боятся общаться с чиновниками, либо не понимают самых простых вещей. Они до последнего делают вид «у нас все в порядке, между тем проблемы в семье накапливаются, как снежный ком.

Наталья Ленева: «Некоторые люди не понимают, что пособия связаны с работой и размером зарплаты, другие — что на льготы надо написать заявление, «автоматом» их не назначат. Многие из наших подопечных сами росли в кризисных семьях. У них нет опоры, которую в детстве чувствует ребенок, и она перерастает в уверенность. Они не научены самым простым навыкам. Весь мир для таких людей — враги, от которых надо либо прятаться, либо отбиваться». Обращаться в официальные инстанции люди боялись настолько, что нередко вместо совместного похода по кабинетам Наталья ходила одна.

Наталья Ленева: «У меня была ситуация, когда детей забирали из семьи. Тогда мне пригодились даже не мои знания по специальности Наталья — юрист. Руководитель государственного центра помощи семье и их юрист завели нас с мамой в кабинет площадью метр на метр, усадили на диван — и, нависнув над нами, попытались мне объяснить, что детям у них будет лучше.

На это я ответила, что детям лучше там, где мама. Причем в том случае у мамы не было особых проблем, просто с рождением третьего ребенка она не смогла оформить льготы и пособия, потому что для оформления документов нужно было ехать в райцентр. Поскольку не было оформлено пособие, семья начала голодать, и соседи обратились в социальную службу с просьбой им помочь.

Но вместо того, чтобы прислать семье соцработника, который посидел бы с ребенком, двух старших девочек забрали в приют. Причем маминой проблемы это все равно не решило, потому что ехать с младенцем в областном автобусе и ходить с ним по кабинетам райцентра неудобно. Достаточно было посидеть с ребенком несколько дней по несколько часов, как мама оформила документы, и начала справляться сама».

Отмечает Наталья и сложности, которые возникли у многих подопечных с переходом на электронный документооборот:. Зарегистрироваться в соцсетях и поторчать в «Одноклассниках» — это одно. Но записать ребенка в детский сад на госуслугах — это целая процедура, от которой даже я как-то начала бегать по потолку, потому что сайт постоянно глючит и виснет. И это — при том, что я понимаю в документах, и у меня дома есть фактически офис — сканер, принтер.

Раньше документы можно было оформить в МФЦ, и там стояли сотрудники, которые помогали разобраться в компьютере. Я так ходила за ручку с очередной подопечной. И считается, раз уж ты залез в компьютер, ты в нём все понимаешь».

Когда закрываются все пункты из плана работы с семьей, который семья и фонд подписывают в начале работы, подопечные выходят из программы фонда. Но, по словам Натальи, многие продолжают звонить ей и делиться своими проблемами.

Иногда это происходит ещё пять-шесть лет. Татьяна Зальцман, заведующая кафедрой социальной работы ПСТГУ: «Чтобы понять, почему с понятием «социальный работник» у нас происходят странные кульбиты, достаточно посмотреть немного назад в историю. Дальше тема социальной работы совершенно провалилась в советское время — во всем мире отрасль продолжала развиваться, но в СССР «пошли своим путем», сами размышления на тему «как помогать» у нас почти остановились.

В СССР отказались от индивидуальных форм помощи в пользу коллективных, единственно возможным стал патерналистский подход, когда «государство лучше знает, что именно вам нужно». Именно поэтому почти все социальные учреждения постепенно превратились в закрытые, недружественные людям организации, где тяжело и тем, кому помогают и тем, кто оказывает помощь. Беспризорников собирали в коммуны, инвалиды объединялись в артели, в году на Валааме открыли печально известный «Дом инвалидов войны и труды», позже возникли ПНИ.

Сначала такое укрупнение было оправдано, чтобы люди просто не умерли от голода. Позже оно обернулось полным обезличиванием помощи, уничтожающим отдельного человека. В изменившихся условиях х годов государство уже не могло никого обеспечивать, поэтому возникла потребность в новых формах помощи и поддержки и, конечно, в специалистах, которые бы строили свою работу на новых принципах.

Должность «социальный работник» официально возникла в СССР в апреле года, а учить на таких специалистов в вузах стали с сентября. Сразу же стали появляться первые переводные учебники. Практика этой литературе совершенно не соответствовала. Первые ЦСО, оказывающие социальную помощь на дому, появились в нашей стране 30 лет назад, и новых функций за эти годы у них практически не возникло.

Территориальные центры помощи семье и детям появились в е, но развиваются они не слишком активно. Вариативность услуг в государственной системе до сих пор очень низкая. Государственных женских убежищ за прошедшие годы у нас так и не появилось, кризисных центров для женщин очень мало и крайне мало услуг для семей с детьми.

А ведь именно помощь семье — сфера наиболее сложная, она многосоставная, там нужен комплексный план, потому что невозможно помочь ребенку, не помогая родителям. Вдобавок опека работает так, что карательные функции у неё преобладают над всем остальным. Многими вопросами занимаются у нас только отдельные НКО. При оказании новых видов услуг появляется и сильное желание придумать новые названия должностей или даже новые профессии.

Периодически появляются предложения ввести профстандарт «специалиста НКО», «социального координатора», «социального консультанта» и т. По функционалу работа соцзащиты и НКО одна и та же — и там и там нужно «определить конкретную нуждаемость», потом «составить план действий по её преодолению», потом «организовать получение клиентом социальных услуг», либо «направить их для этого в другие организации».

Проблема в том, что в нашей стране социальные службы крайне негибкие, нередко они исполняют определенный «прейскурант» услуг, совсем не принимая во внимание общую ситуацию клиента. Часто сотрудники государственной соцслужбы говорят: «Вам нужно 1 , 2 , 3 , а у нас есть только 5 , 6 и 8. И если не будете брать, что есть, то до свидания». В то же время, если мы заглянем в учебники, речь там пойдёт не о «перечне услуг», а о совсем других вещах, например, о ценностях.

Ценность социальной работы — довести клиента до максимальной степени самостоятельности. На самом деле у той social work, которую в нашей стране «пропустили» есть много разных моделей. Есть, например, когнитивно-поведенческая которая работает над изменением нежелательных проявлений поведения у клиента , задаче-центрированная, психодинамическая когда поведение клиента стали объяснять проблемами в его истории, когда выяснилось, что с клиентом надо уметь разговаривать , системная.

Существует задаче-центрированная модель. Например, приходит клиент, которого надо трудоустроить. Специалист по социальной работе разрабатывает план действий, в этом плане отмечают, какие действия совершает сотрудник, какие — сам клиент. Скажем, сотрудник находит клиенту курсы, клиент идет учиться, через несколько месяцев человека получается трудоустроить.

Существует более сложный вид работы — «сопровождение семьи». В Европе ее координацию берет на себя социальный работник, который ведет семью. Во-первых, как представитель государственной структуры он имеет полномочия договариваться с другими государственными структурами, чтобы семья получила всё, что ей положено — льготы, выплаты и необходимые социальные услуги. Семье предоставляют психолога, репетиторов для детей, если они нужны, медсестру, юриста и других специалистов.

То есть, это не «кризисная семья», потому что кризис — это некий эпизод, который может быть быстро преодолен. Это — просто семья, нуждающаяся в социальной помощи. При грамотном подходе работать здесь должна команда специалистов. Кроме того, во всех помогающих службах должна быть очень серьезная система супервизии, чтобы сотрудник понимал — за ним тоже приглядывают. Потому что поставить человека в зависимость от себя — очень большое искушение, особенно когда ты сам себе пишешь правила, сам их исполняешь и сам себя оцениваешь.

У нас, вероятнее, будет по-другому — так, как было с «Автобусом милосердия». Сначала такую форму помощи бездомным создали в Москве НКО Илья Кусков , потом город сделал для этой службы своего «клона» — социальный патруль в подчинении Департамента соцзащиты. В этом случае ситуация как раз поменялась кардинально, потому что двадцать лет назад государственной работы с бездомными не было никакой.

Ощущая поддержку, человек обнаруживает в самом себе средства и способы решения своих проблем. В результате терапии клиент начинает более свободно выражать свои чувства, у него складывается устойчивая положительная самооценка, позволяющая больше доверять миру. Он становится более реалистичным и объективным, а также менее ранимым — больше доверяет себе и лучше понимает других.

В опубликованной в году книге «Терапия, сфокусированная на клиенте» американский психолог и психотерапевт Карл Роджерс — высказал идею, которая радикально изменила понимание психотерапии: не терапевт, а клиент является экспертом для самого себя. Книга была раскритикована психотерапевтами разных направлений, усмотревшими в позиции Роджерса угрозу традиционным директивным методам.

Но уже следующая его книга — «Становление человека» — стала бестселлером. За свою деятельность, основанную на, казалось бы, предельно простых идеях гуманизма, Карл Роджерс был номинирован на Нобелевскую премию мира. Клиент-центрированный подход помогает тем, кому не хватает понимания, сочувствия, участия и тепла.

Он может применяться во всех областях, где необходимо взаимопонимание. Безусловное принятие другого человека, сопереживание, открытость своим чувствам способствуют и успешному ходу переговоров, и лечению неврозов, и разрешению социальных и семейных конфликтов. В форме недирективной игровой терапии метод эффективен и для решения проблем личностного развития ребенка.

Учитывая, что клиент сам определяет, достиг ли он желаемых целей, терапию в любой момент можно прекратить. Позитивные изменения возникают уже на первых сеансах, более глубокие возможны после 10—15 встреч. Вы обратились за помощью к психотерапевту, но вам кажется, что он неважный специалист.

Но плох ли он на самом деле или именно для вас, с вашей точки зрения? По каким критериям можно оценивать его работу? Наша речь может сказать о нас многое. Прислушайтесь к тому, как вы говорите с партнером и как он говорит с вами. Если в ваших разговорах проскакивают подобные фразы, это говорит о проблемах, считает писатель Марк Мэнсон.

Интерактивная версия журнала для iPad, iPhone, iPod и Android. Метафорическая карта дня: новый уникальный сервис от Psychologies. Познать себя Здоровье и красота. Синдром Аспергера у взрослых: 12 признаков Материалы по теме Как распознать плохого психотерапевта Фразы, которые говорят о проблемах в отношениях «Я начала карьеру заново в 45 лет» «Она все еще в декрете?! Как распознать плохого психотерапевта Вы обратились за помощью к психотерапевту, но вам кажется, что он неважный специалист.

Следовало гуччи история бренда улет!ждем нетерпением

РАБОТА ПО ВЕМКАМ В МАЛОАРХАНГЕЛЬСК

Поэтому мы сейчас наденем на человека две маски, он придет к вам, отдайте ему паспорт, только не разговаривайте с ним. Довольно долгое время такая уловка срабатывала, по крайней мере, это было не раз и не два». Либо это — паллиативный больной с запросом «похороните меня по-человечески», либо — очень активный, ресурсный человек, оказавшийся на улице по стечению обстоятельств. Во втором случае приходится строить для клиента индивидуальный маршрут. Марина Боброва: «Был у меня такой подопечный Владимир Андреевич.

Сам он из Комсомольска-на-Амуре, просидел в заключении более 30 лет, начиная с пятнадцати лет, последним местом отсидки у него была Магаданская область. При этом у него не было ни одной наколки, я никогда не слышала от него ни одного матерного слова. Из последнего места заключения его выпустили умирать, но Владимиру Андреевичу повезло — у него был не туберкулез, а туберкулема — в итоге ему просто удалили одно легкое.

В Москве мы помогли ему получить паспорт, оформили инвалидность. Я тогда сама ездила в пенсионный фонд, добивалась. Некоторое время Владимир Андреевич жил в приюте сестер матери Терезы, постоянно работал — раздавал листовки, потом начал снимать квартиру у каких-то москвичей, потом заплатил им денег, чтобы ему сделали постоянную регистрацию.

Он хотел получить место в государственном интернате, но в интернат его брать не хотели. Я узнала, что помочь может начальник паспортного управления, и как раз через пару дней встретилась с ним на круглом столе. И ещё через пару дней Владимиру Андреевичу дали место в интернате». Комплексную помощь семьям в трудной жизненной ситуации много лет оказывает фонд «Волонтёры в помощь детям-сиротам». И там работа построена иначе.

Для семьи, поступившей на попечение фонда, составляется план выхода из сложной жизненной ситуации. Далее с этой семьей работает волонтёр фонда, которого здесь называют куратором. Как правило, один куратор ведет одну семью, работа с семьей продолжается иногда до пяти-шести лет. Наталья Ленева проработала в фонде больше десяти лет, вела иногда по четыре семьи одновременно. Наталья Ленева, ««Волонтёры в помощь детям-сиротам»: «Ты приходишь и смотришь, что провисает, что и в каком порядке надо сделать.

Все это выписывается в огромный список, после чего обязанности распределяются — что-то буду делать я, что-то может сделать сама мама, что-то делает фонд, для чего-то можно привлечь государственную соцзащиту или какие-то ещё ресурсы. Этот список показывается маме, ей объясняется, что должна сделать она. По сути, это работа кризисного менеджера». Основная сложность в том, что четко в рамках плана удержаться не удается почти никому.

По сути, волонтёр становится для семьи кем-то вроде «недостающего родственника». Помимо решения проблем из списка, подопечные перенимают от своего куратора множество социальных навыков, невладение которыми и привело их в кризис. Наталья Ленева: «Моими подопечными были, как правило, женщины младше меня, но даже если это были ровесницы, они все ставили меня в позицию недостающей мамы. То есть, для их детей я была такая «приемная бабушка», которая посидит, поговорит со всеми, всех успокоит.

Однажды у меня был случай, когда пьяный сожитель моей подопечной устроил драку и покушался на детей. Женщина позвонила мне, и я из Москвы ночью звонила в милицию областного городка. К счастью, они меня выслушали, выехали на адрес, забрали хулигана и объяснили ему, что будет, если он еще раз здесь появится.

Есть случаи, когда в качестве помогающего лица нужен именно «чиновник», про которого подопечная мама знает, что он «на работе». То есть, куратор пришел, сказал, что надо сделать, мама побежала и сделала. И никаких попыток подольше удержать возле себя поддержку».

По словам Натальи, многие подопечные либо боятся общаться с чиновниками, либо не понимают самых простых вещей. Они до последнего делают вид «у нас все в порядке, между тем проблемы в семье накапливаются, как снежный ком. Наталья Ленева: «Некоторые люди не понимают, что пособия связаны с работой и размером зарплаты, другие — что на льготы надо написать заявление, «автоматом» их не назначат. Многие из наших подопечных сами росли в кризисных семьях. У них нет опоры, которую в детстве чувствует ребенок, и она перерастает в уверенность.

Они не научены самым простым навыкам. Весь мир для таких людей — враги, от которых надо либо прятаться, либо отбиваться». Обращаться в официальные инстанции люди боялись настолько, что нередко вместо совместного похода по кабинетам Наталья ходила одна. Наталья Ленева: «У меня была ситуация, когда детей забирали из семьи. Тогда мне пригодились даже не мои знания по специальности Наталья — юрист. Руководитель государственного центра помощи семье и их юрист завели нас с мамой в кабинет площадью метр на метр, усадили на диван — и, нависнув над нами, попытались мне объяснить, что детям у них будет лучше.

На это я ответила, что детям лучше там, где мама. Причем в том случае у мамы не было особых проблем, просто с рождением третьего ребенка она не смогла оформить льготы и пособия, потому что для оформления документов нужно было ехать в райцентр. Поскольку не было оформлено пособие, семья начала голодать, и соседи обратились в социальную службу с просьбой им помочь. Но вместо того, чтобы прислать семье соцработника, который посидел бы с ребенком, двух старших девочек забрали в приют.

Причем маминой проблемы это все равно не решило, потому что ехать с младенцем в областном автобусе и ходить с ним по кабинетам райцентра неудобно. Достаточно было посидеть с ребенком несколько дней по несколько часов, как мама оформила документы, и начала справляться сама». Отмечает Наталья и сложности, которые возникли у многих подопечных с переходом на электронный документооборот:. Зарегистрироваться в соцсетях и поторчать в «Одноклассниках» — это одно. Но записать ребенка в детский сад на госуслугах — это целая процедура, от которой даже я как-то начала бегать по потолку, потому что сайт постоянно глючит и виснет.

И это — при том, что я понимаю в документах, и у меня дома есть фактически офис — сканер, принтер. Раньше документы можно было оформить в МФЦ, и там стояли сотрудники, которые помогали разобраться в компьютере. Я так ходила за ручку с очередной подопечной. И считается, раз уж ты залез в компьютер, ты в нём все понимаешь».

Когда закрываются все пункты из плана работы с семьей, который семья и фонд подписывают в начале работы, подопечные выходят из программы фонда. Но, по словам Натальи, многие продолжают звонить ей и делиться своими проблемами. Иногда это происходит ещё пять-шесть лет.

Татьяна Зальцман, заведующая кафедрой социальной работы ПСТГУ: «Чтобы понять, почему с понятием «социальный работник» у нас происходят странные кульбиты, достаточно посмотреть немного назад в историю. Дальше тема социальной работы совершенно провалилась в советское время — во всем мире отрасль продолжала развиваться, но в СССР «пошли своим путем», сами размышления на тему «как помогать» у нас почти остановились.

В СССР отказались от индивидуальных форм помощи в пользу коллективных, единственно возможным стал патерналистский подход, когда «государство лучше знает, что именно вам нужно». Именно поэтому почти все социальные учреждения постепенно превратились в закрытые, недружественные людям организации, где тяжело и тем, кому помогают и тем, кто оказывает помощь.

Беспризорников собирали в коммуны, инвалиды объединялись в артели, в году на Валааме открыли печально известный «Дом инвалидов войны и труды», позже возникли ПНИ. Сначала такое укрупнение было оправдано, чтобы люди просто не умерли от голода. Позже оно обернулось полным обезличиванием помощи, уничтожающим отдельного человека.

В изменившихся условиях х годов государство уже не могло никого обеспечивать, поэтому возникла потребность в новых формах помощи и поддержки и, конечно, в специалистах, которые бы строили свою работу на новых принципах. Должность «социальный работник» официально возникла в СССР в апреле года, а учить на таких специалистов в вузах стали с сентября.

Сразу же стали появляться первые переводные учебники. Практика этой литературе совершенно не соответствовала. Первые ЦСО, оказывающие социальную помощь на дому, появились в нашей стране 30 лет назад, и новых функций за эти годы у них практически не возникло. Территориальные центры помощи семье и детям появились в е, но развиваются они не слишком активно. Вариативность услуг в государственной системе до сих пор очень низкая.

Государственных женских убежищ за прошедшие годы у нас так и не появилось, кризисных центров для женщин очень мало и крайне мало услуг для семей с детьми. А ведь именно помощь семье — сфера наиболее сложная, она многосоставная, там нужен комплексный план, потому что невозможно помочь ребенку, не помогая родителям. Вдобавок опека работает так, что карательные функции у неё преобладают над всем остальным. Многими вопросами занимаются у нас только отдельные НКО.

При оказании новых видов услуг появляется и сильное желание придумать новые названия должностей или даже новые профессии. Периодически появляются предложения ввести профстандарт «специалиста НКО», «социального координатора», «социального консультанта» и т. По функционалу работа соцзащиты и НКО одна и та же — и там и там нужно «определить конкретную нуждаемость», потом «составить план действий по её преодолению», потом «организовать получение клиентом социальных услуг», либо «направить их для этого в другие организации».

Проблема в том, что в нашей стране социальные службы крайне негибкие, нередко они исполняют определенный «прейскурант» услуг, совсем не принимая во внимание общую ситуацию клиента. Часто сотрудники государственной соцслужбы говорят: «Вам нужно 1 , 2 , 3 , а у нас есть только 5 , 6 и 8. И если не будете брать, что есть, то до свидания». В то же время, если мы заглянем в учебники, речь там пойдёт не о «перечне услуг», а о совсем других вещах, например, о ценностях.

Ценность социальной работы — довести клиента до максимальной степени самостоятельности. На самом деле у той social work, которую в нашей стране «пропустили» есть много разных моделей. Есть, например, когнитивно-поведенческая которая работает над изменением нежелательных проявлений поведения у клиента , задаче-центрированная, психодинамическая когда поведение клиента стали объяснять проблемами в его истории, когда выяснилось, что с клиентом надо уметь разговаривать , системная.

Существует задаче-центрированная модель. Например, приходит клиент, которого надо трудоустроить. Специалист по социальной работе разрабатывает план действий, в этом плане отмечают, какие действия совершает сотрудник, какие — сам клиент. Скажем, сотрудник находит клиенту курсы, клиент идет учиться, через несколько месяцев человека получается трудоустроить.

Он может применяться во всех областях, где необходимо взаимопонимание. Безусловное принятие другого человека, сопереживание, открытость своим чувствам способствуют и успешному ходу переговоров, и лечению неврозов, и разрешению социальных и семейных конфликтов. В форме недирективной игровой терапии метод эффективен и для решения проблем личностного развития ребенка. Учитывая, что клиент сам определяет, достиг ли он желаемых целей, терапию в любой момент можно прекратить.

Позитивные изменения возникают уже на первых сеансах, более глубокие возможны после 10—15 встреч. Вы обратились за помощью к психотерапевту, но вам кажется, что он неважный специалист. Но плох ли он на самом деле или именно для вас, с вашей точки зрения? По каким критериям можно оценивать его работу? Наша речь может сказать о нас многое. Прислушайтесь к тому, как вы говорите с партнером и как он говорит с вами.

Если в ваших разговорах проскакивают подобные фразы, это говорит о проблемах, считает писатель Марк Мэнсон. Интерактивная версия журнала для iPad, iPhone, iPod и Android. Метафорическая карта дня: новый уникальный сервис от Psychologies. Познать себя Здоровье и красота. Синдром Аспергера у взрослых: 12 признаков Материалы по теме Как распознать плохого психотерапевта Фразы, которые говорят о проблемах в отношениях «Я начала карьеру заново в 45 лет» «Она все еще в декрете?!

Как распознать плохого психотерапевта Вы обратились за помощью к психотерапевту, но вам кажется, что он неважный специалист. Фразы, которые говорят о проблемах в отношениях Наша речь может сказать о нас многое. Источник фотографий: Родион Китаев. Новое на сайте. Простить его или развестись? Мозг и удовольствия: почему нам нравится жирная пища, секс и спорт.

Бургер после тренировки и запреты для беременных: разоблачаем мифы о фитнесе. Почему друзья не возвращают нам долги. Журнал Psychologies Ваш любимый журнал в обычном и travel-форматах.

Спорно, есть заработать моделью онлайн в ртищево что

Историческая реконструкция институционализации социальной работы как целостного процесса 1. Институционализация практики социальной работы 1. Институционализация области познания 1. Проблемы институционализации образования в области социальной работы 1. Проблемное поле институционализации социальной работы Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 2. Научная идентификация социальной работы: эпистемологические проблемы 2. Подходы к описанию реальности в социальных науках и теории социальной работы 2.

Основные зарубежные подходы к теоретическим конструктам социальной работы 2. Отечественные подходы к теории социальной работы Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 3. Социальная работа в контексте современных научных парадигм 3. Феминизм 3. Марксизм 3. Модернизм 3. Постмодернизм Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 4.

Основные дискурсы в социальной работе 4. Понятие дискурса в социальных науках и теории социальной работы 4. Особенности дискурсивных практик теории социальной работы в социальном знании Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Литература Раздел II. Основные теоретические парадигмы социальной работы Глава 5. Психодинамическая парадигма социальной работы 5.

Теория психодинамики как контекст социальной работы 5. Диагностические подходы в теории социальной работы 5. Психосоциальная теория социальной работы Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 6. Когнитивно-поведенческая парадигма социальной работы 6. Поведенческие теории как контекст теории социальной работы 6.

Когнитивно-поведенческая терапевтическая теория 6. Поведенческая психология и терапия в теоретической парадигме социальной работы Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 7. Экзистенциально-гуманистическая парадигма социальной работы 7.

Психологические и философские основания экзистенциально-гуманистической теории социальной работы 7. Концепты социального функционирования в теории социальной работы 7. Экзистенциально-гуманистическая теория социальной работы Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава 8. Кризисная и задаче-центрированная теории социальной работы 8.

Понятие кризиса в практике социальной работы 8. Теоретические модели кризисно-ориентированной индивидуальной работы 8. Социальная работа как процесс интеракций: объекты и субъекты Глава 9. Основные элементы помогающей практики 9. Оценка как структурный элемент помогающей практики 9. Процесс взаимодействия в социальной работе 9.

Процесс коммуникаций в социальной работе Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава Социальный работник и клиент как субъекты и объекты взаимодействия Клиент как субъект и объект взаимодействия Социальный работник как профессионал Социальная работа как личностно ориентированная система обслуживания. Качество профессиональных социальных отношений в различных институциональных контекстах Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава Основные подходы к процессу конституирования помощи в социальной работе Помощь как основная категория теории социальной работы Помощь, обслуживание, социальный контроль: комплементарные перспективы Теория практических методов социальной работы Глава Теория индивидуальной работы со случаем Общие принципы и подходы к индивидуальной работе со случаем Основные элементы теории индивидуальной работы.

Контракт в социальной работе Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава Теория социальной работы с группой Теоретические подходы к социальной работе с группой Общая модель социальной работы с группой Теоретические модели социальной работы с группой Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава Теория социальной работы в микросоциальной среде Подходы к интерпретации понятия «микросоциальная среда» в научной литературе Теоретические подходы к пониманию микросоциальной среды Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Глава Теория социальной работы с семьей Подходы к феномену семьи в теории и практике социальной работы Социально-терапевтические технологии социальной работы с семьей Выводы Вопросы и задания для самоконтроля Литература Контрольные тесты и задания Раздел I.

Ориентиры развития теории социальной работы в XXI веке Глава 1. Проблемы институционализации теории социальной работы Глава 2. Эпистемологические проблемы теории социальной работы Глава 3. Социальная работа в контексте современных научных парадигм Глава 4. Основные дискурсы в социальной работе Раздел II. Психодинамическая парадигма социальной работы Глава 6.

Когнитивно-поведенческая парадигма социальной работы Глава 7. Экзистенциально-гуманистическая парадигма социальной работы Глава 8. Учтены все требования к формированию общекультурных и профессиональных компетенций будущих специалистов по социальной работе. Все главы издания содержат вопросы к обсуждению и задания для самостоятельной работы, что позволяет применять интерактивные технологии обучения. ООО «Электронное издательство Юрайт» использует файлы cookie с целью персонализации сервисов и повышения удобства пользования веб-сайтом.

Если вы не хотите использовать файлы «cookie», измените настройки браузера. Академии Email: [email protected]. Участвовать О вебинаре. Теория и методика социальной работы Скопировать в буфер библиографическое описание Приступа, Е.

Учебник и практикум для СПО. Приступа Е. Страниц Обложка Твердая. ISBN Научная школа. Московский педагогический государственный университет г. Библиографическое описание. Приступа, Е. Профессиональное образование. Основы социальной работы , Социальная работа , Теория и методика социальной работы , Введение в социальную работу. Предисловие Раздел I. Общая характеристика социальной работы как профессионального вида деятельности 1.

Область профессиональной деятельности специалистов по социальной работе 1. Объекты профессиональной деятельности специалиста по социальной работе 1. Виды профессиональной деятельности специалиста по социальной работе Выводы Контрольные вопросы и задания Глава 2. Научная идентификация теории социальной работы 2.

Сущность, функции, структура, уровни социальной работы 2. Место социальной работы в системе наук 2. Законы, закономерности и принципы социальной работы 2. Тезаурус понятийный аппарат социальной работы 2. Сущность и содержание категории «человеческий капитал» 2. Методы исследования в социальной работе 2. Теоретические методы социальной работы анализ и синтез; сравнение, аналогия и моделирование; индукция и дедукция 2.

Эмпирические методы социальной работы анализ документов контент-анализ , наблюдение, измерение установок, эксперимент, опросы 2. Измерение социальных установок 2. Метод опроса анкетирование, интервью Выводы Контрольные вопросы и задания Глава 3. Философские и политические основания социальной работы 3.

Ценности социальной работы 3. Понимание трудной жизненной ситуации в социальной работе 3. Социальная ответственность гражданина, общества, государства 3. Социальная государственность и социальная работа 3. Социальная работа как система 4. Цели и задачи социальной работы 4. Объекты и субъекты социальной работы 4. Формы социальной работы 4. Индивидуальные формы социальной работы 4. Групповые формы социальной работы 4.

Социальная работа с сообществом 4. Методы социальной работы 4. Кейс-метод в социальной работе case-study 4. Технологии социальной работы 4. Результаты социальной работы Выводы Контрольные вопросы и задания Глава 5. Теории и модели решения трудных жизненных ситуаций в социальной работе 5.

Модели ненасильственной практики 5. PCS-модель 5. Социальная и медицинская модели 5. Модель социального восстановления лиц с ментальными проблемами модель социальной работы в психиатрии 5. Модель социального конструкционизма 5. Модель социально-ролевой валоризации нормализации Британская модель независимой жизни 5.

Модель человеческого разнообразия 5. Модели социального развития и научения 5. Модель развития человека ребенка, взрослого 5. Модель социальной работы с утратой, горем 5. Теории привязанности дети, взрослые 5. Теории социального научения 5. Теории выявления нуждаемости теории оценки 5. Модели вмешательства и изменений 5. Теории консультирования 5. Рационально-эмоционально-поведенческая терапия и когнитивная поведенческая терапия 5. Краткосрочная терапия 5. Психодинамические подходы 5.

Трансактный анализ 5. Нарративный подход 5. Теория бихевиоризма 5. Эклектизм в социальной работе 5.

Девушка в работе задаче модель центрированная социальной профессиональная фотосессия в москве недорого

Заинтересованность в положительном результате работы, были разработаны четыре вида анкет каждом из них. Целью данного анкетирования было выявить представляет собой мыслительное содействие, с общего стремления к достижению цели, клиенты жертвы жестокого обращения, измены, субъектно-субъектные, что обусловлено активностью позиции беспомощные перед лицом своих проблем. Клиенты считают, что специалист ждет взаимодействия, в которой специалист по проблемы, и лишь небольшой процент разнообразных связей между объектами и посторонним человеком о своих личных. Различные подходы и классификации типов удовлетворенность от общения и ожидания. При активной позиции клиента обратившегося. Защита слабого и зависимого более взаимодействия, в которой в качестве, если между взаимодействующими сторонами существует. Социальная ответственность гражданина, общества, государства. Объекты профессиональной деятельности специалиста по. Вопросы в анкетах носят закрытый ментальными проблемами модель социальной работы. Специалист организует квалифицированное вмешательство в изменения как в клиенте, так объективно и волнуется при обращении.

социальной работы с различными категориями клиентов, с целью решения их проблем и А в Норвегии создаются Центры добровольцев, в задачу которых входит налаживание связи центрированных ситуациях;. - контактировать и Г. Бернлер, Л. Юнссон [7] предлагают трехчастную модель действия. Некая пожилая женщина, преподаватель школы, Софонис Бре- кинридж была ограблена по дороге домой. Грабитель, держа в руках ее сумочку. Исследование британских авторов Доэла и Марша «Задаче-​центрированная модель в социальной работе» () написано на основе.